Бывшая звезда реалити-шоу и нынешний кандидат на пост мэра Лос-Анджелеса Спенсер Пратт рассказал, почему у него может быть кое-что общее с президентом Дональдом Трампом — однако между ними есть одно существенное различие, согласно эксклюзивному интервью Vanity Fair, опубликованному в среду.
Пратт сообщил Vanity Fair, что, несмотря на общее прошлое в реалити-шоу, у него и Трампа разные позиции по вопросам ICE и иммиграции. Кандидат, называющий себя республиканцем, подвергается критике за отсутствие политического и управленческого опыта, однако удостоился похвалы от Трампа. И несмотря на популярность среди сторонников движения MAGA благодаря своим тезисам о преступности и бездомности, сам он себя с MAGA не отождествляет.

«Одним из конкретных политических предложений кампании Пратта является план строительства гигантского реабилитационного центра на федеральных землях на окраине города», — сообщает Vanity Fair. «В этом учреждении он намерен разместить тысячи людей с наркотической зависимостью, которые в настоящее время живут на улице. По словам Пратта, при помощи опытных застройщиков объект будет возведён с беспрецедентной скоростью — предвыборное обещание, напоминающее заявление президента Трампа в 2016 году о строительстве пограничной стены с Мексикой за счёт самой Мексики (проект стены стоимостью около 46 млрд $, профинансированный американскими налогоплательщиками, неоднократно откладывался).»
«В этом отношении предвыборные кампании Трампа и Пратта очень схожи», — отмечает Vanity Fair. «Пратт, как и его коллега — бывшая звезда реалити-шоу, пообещал упрятать за решётку опасных преступников, наркоманов и насильников города в случае своего избрания.»
«Однако, в отличие от Трампа, Пратт заявляет, что хочет вывести федеральных сотрудников иммиграционной службы из Лос-Анджелеса», — сообщает Vanity Fair.
Пратт заявил, что не поддерживает иммиграционные рейды в ресторанах и магазинах Home Depot.
«Я говорил это миллион раз: я не хочу, чтобы ICE здесь работала, но я хочу избавиться от убийц и насильников», — сказал Пратт Vanity Fair. «Я съел больше мексиканской еды, чем любой белый человек в Лос-Анджелесе. Я люблю мексиканцев… Я ел мексиканскую [еду] три раза в неделю буквально лет десять.»


